Цели и задачи, поставленные перед выпускной квалификационной работой, достигнуты. Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы.
Представительство неоднозначно трактуется в правовой науке и понимается как правоотношение, как действие (деятельность, совокупность действий) и как сделка в гражданском праве; как действие (деятельность, совокупность действий), как правоотношение, как совокупность правовых норм в гражданском процессе.
С рассматриваемых позиций автор настоящей работы разделяет научную позицию тех ученых, которые рассматривают представительство в целом как сложный межотраслевой институт, правовые нормы которого регулируют как внутренние отношения между представителем и представляемым, так и внешние отношения, складывающиеся между представителем и иными лицами, в том числе между представителем в гражданском процессе и судом. Судебное представительство рассматривается как совокупность норм гражданского процессуального права, регулирующих внешнюю сторону судебного представительства – отношения между представителем и судом.
С таких позиций, судебное представительство регулируется исключительно нормами гражданского процессуального права, входящими в межотраслевой правовой институт представительства в целом.
При этом полагаем, что есть все основания признать, что правильным является рассмотрение представительства в гражданском процессе с разных сторон (как деятельности, сделки, правоотношения и правового института одновременно), что находит отражение в формулируемых ими определениях.
Представитель, будучи самостоятельным участником процесса, совершает процессуальные действия от собственного имени. Нельзя быть субъектом процесса и не иметь собственных процессуальных прав и обязанностей по отношению к суду.
В настоящее время разработчиками Концепции единого Кодекса гражданского судопроизводства предлагается отнести судебного представителя к группе «иных участников процесса», поскольку в силу своих особенностей участия в процессе он не относится ни к лицам, участвующим в деле, ни к лицам, содействующим правосудию. Также в Концепции Кодекса подчеркивается, что судебный представитель будет непосредственным участником гражданских процессуальных правоотношений, поскольку он является обладателем процессуальных прав, переданных ему доверителем. При этом данный взгляд более детально в ней не объясняется.
Возможно, при дальнейшей подготовке Кодекса гражданского судопроизводства отношение к роли судебного представителя в гражданском процессе и гражданских процессуальных правоотношениях изменится. Может, суть полномочий судебных представителей претерпит законодательные изменения. Но если данный вопрос не будет разрешен четче, то проблема процессуального статуса представителя останется открытой.
Стоит присоединиться к позиции, что представитель не может быть участником гражданских процессуальных правоотношений, поскольку судебный представитель вправе лишь совершать от имени представляемого им лица процессуальные действия (которые входят в юридический состав, необходимый для развития правоотношения между представляемым им лицом с судом), не обладает процессуальной заинтересованностью в процессе, не несет публичных функций, принадлежащих "процессуальным" истцам, то его нельзя признать самостоятельным субъектом гражданских процессуальных правоотношений. Также следует добавить, что правовому регулированию подвергаются именно отношения между субъектами данных отношений, а не действия, реализующие содержание этих отношений. Фактически судебный представитель представляет собой правовой буфер для доверителя перед судом, еще одной личной правовой гарантией для защиты его прав и интересов, и ничем более.
Без преувеличения можно сказать, что институт представительства – это реальная процессуальная гарантия прав личности в гражданском судопроизводстве, которая позволяет участникам судебного процесса, с одной стороны, поручать представительство лицу, избранному ими, а с другой, – требовать от представителя совершения всех предусмотренных законом мер и использования указанных в нем средств в целях защиты интересов доверителя. Значение добровольного представительства заключается в том, что в одних случаях представитель замещает заинтересованного участника процесса в случае невозможности личного участия (занятость на работе, в связи с болезнью и т.п.), а в других случаях является гарантией одной из форм оказания квалифицированной помощи, что прямо предусмотрено в ч.1 ст. 48 Конституции РФ лицам, который не разбираются во всех тонкостях права или не владеют достаточным объемом правовых знаний.
Существует необходимость в создании определенной «системы допуска» для занятия практикой процессуального представительства на профессиональной основе, базирующейся на комбинации конкретных условий, и прежде всего установления образовательного ценза – обязательного наличия у лица, занимающегося процессуально-представительской деятельностью на профессиональной основе, среднего или высшего профессионального образования (юридического).
Кроме того, надлежит также создать механизм привлечения профессионального представителя к ответственности (если не уголовной, то административной) как субъекта, осуществляющего особую, специфическую деятельность. Предполагаемая ответственность должна включать такие виды наказания, как штраф, гражданско-правовая ответственность, дисквалификация.
Суды назначают адвокатов третьим лицам, в соответствии со ст. 50 ГПК РФ, из-за неизвестности их места жительства. На первый взгляд подобная практика назначения представителя третьим лицам в случае неизвестности их места жительства должна быть признана ошибочной как не соответствующая закону. Вместе с тем тот факт, что судьи назначают им адвоката, свидетельствует о существовании потребности на практике обеспечить защиту таких лиц, которые не могут это сделать сами, так как не знают о рассмотрении дела.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, вступают в процесс для защиты своих материально-правовых интересов, связанных с этим процессом. Поскольку они не являются участниками спорного материального правоотношения, их материальные права в процессе не могут быть затронуты, так как суд рассматривает спор о праве между истцом и ответчиком. Однако судебное решение может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон. Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, является интерес в процессе, который заключается в предотвращении неблагоприятных последствий вынесения решения судом. Учитывая, что такие неблагоприятные последствия могут наступить, если решение вынесено при условии их юридического участия, то есть привлечения в процесс, очевидно, их интерес должен быть защищен в случае, если они сами объективно не имеют возможности такой защиты.
В связи с этим полагаем, что практика назначения адвокатов третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, при неизвестности их места жительства должна быть узаконена путем дополнения ст. 50 ГПК РФ.
60 страниц
83% уникальность
2016 год
122 просмотров
