В ходе написания работы удалось достичь поставленных цели и задач.
Установлено, что кинокритике необходимо разобраться с остаточными«имперскими» амбициями. Это тяжелый труд, который состоит из сплошного заговаривания фантомных болей на месте отсутствующих конечностей. Таким трудом занималась, например, британская империя. Кинокритика — больше не империя, а довольно скромный островной архипелаг. Как нам обустроить архипелаг? Посмотрим, что происходит на каждом из островов.
Рецензенты, привязанные к графику релизов, должны будут смириться со своей чисто декоративной, реликтовой ролью. Этой части профессии, — пока еще центровой, — боюсь, не помочь. Конечно, она по инерции будет работать, но масштаб этой работы станет сжиматься, как шагреневая кожа. Этот пока еще самый надежный способ прокормить себя будет сталкиваться все с большим дефицитом внимания к себе и все с меньшим пониманием своих задач. То есть, по диагнозу Уолкота, с «хронической депрессией» и «низкой самооценкой». Силой рецензента всегда были длинные связи — от влияния на авторов до воздействия на кассу. Эти связи скручиваются до одной, очень короткой — действующего трудового договора с конкретным СМИ. Как показывает американский опыт, и этот клочок земли будет, скорей всего, уходить из-под ног.
Но другим занятием кинокритика была не только оценка того, что вышло в этот четверг, но и дума про общее положение дел в кино. Которая, по словам Михаила Ямпольского, отвечает «запросу людей, пытающихся увидеть в мире хаоса порядок и смысл». И в этой зоне у профессионала, который сталкивает разрозненные факты лбами и высекает из этого мысль, даже в старом СМИ с одиноким отделом культуры будет читатель. Его эволюционное преимущество очевидно. Несложно клонировать оценки и знания (Википедия нам в помощь), но нельзя воспроизвести интеллект. Кстати, такая работа скорей соответствует задаче критика, какой ее понимали большие умы, — от Белинского до Барта. Барт считал, что критик должен не оценивать, а обнаруживать валидности, вписывать объекты в системы. Когда коллега Долин сетует в Facebook’е на то, что вместо рецензии от него требуют колонку, привязывающую кино к Путину или ценам на нефть, он говорит как раз о публичном запросе на установление связей между отдельными объектами. Собственно, OpenSpace.ru понял это изнутри и прошел путь от большого отдела культуры, полного дробных отзывов, к месту, где рецензия уступила место так называемой аналитике.
Тут нужно коротко упомянуть о том, что ситуация с экспертами в начале десятых вообще начинает меняться. Экономист Аузан назвал эти процессы «запросом на изменение ценностей». Это хорошо заметно не только на примере движения Occupy и Болотной, на которую люди выходили за символическими величинами, но и по изобилию разных Школ, которые выросли в Москве за последние пару лет. Включая и ту, где мы сейчас сидим. Вновь прорезавшаяся тяга к образованию, — это прямая реакция на усталость от сетевой демократии и золотого века ничейного, хаотичного знания. А это значит, что эксперт снова будет нужен. Но только там, где без него не обойтись.
Вообще, работа кинокритика должна сейчас напоминать один из навыков актера: умение лицом ловить свет на сцене. Он должен покидать привычные зоны, которые сильно опустели и заросли всякой дрянью, и искать пространства, в которых он необходим.
Как известно, глобализация с ее нивелировкой вызвала в нулевые обратную реакцию. Все десятилетие глобальный мир просверливался узкими зонами частных интересов. Одной из новых экономических схем стала теория «длинного хвоста», нишевого маркетинга, который зарабатывает на малых страстях. В самом нахождении среди безличных общих интересов свой частный (к корейским поп-идолам или к сломанным швейным иглам) есть усилие. А где есть усилие, есть и потребность в рефлексии.
30 страниц
78% уникальность
2019 год
213 просмотров
